Владимир Немухин. Белая страна

Русское искусство во многом обязано тому пространству, в котором мы живем. У нас много зимы и много снега. И в этом смысле я бы сказал, что мы живем, в отличие от Европы, в белой стране. Я спрашивал у одного эскимоса, как он воспринимает снег. Он неплохо говорил по-русски, с небольшим акцентом. И он сказал, что для него снег, как для нас какой-то барометр. Он видел 20 оттенков снега, и каждый оттенок говорил о том, что будет завтра, или о том, что может быть послезавтра или даже через месяц. Он мог сказать по снегу, сколько сейчас времени. Понимаете, в чем дело? Он воспринимал его как духовное начало. Это очень важно. У Кандинского есть замечательная фраза по-поводу белого, что белое это не краска, а скачок: «Белый скачок за белым скачком. И за этим белым скачком опять белый скачок. И в этом белом скачке белый скачок…» Моне всегда радовался, когда под Парижем выпадал снег, он всегда делал этюд. Это невероятно на него действовало. Русское искусство очень обязано белому снегу, который дает нам ощущение космоса. Для меня лично белое — это духовный свет. Языческая русская культура еще никуда не ушла, она где-то рядом с христианством существует, поэтому многие принимают Христа, но в глубине души чувствуют отношение к белому через какую-то другую символистическую связь с миром. В данном случае мы счастливые люди, что живем в России…